Дневники. 1976–1987, Энди Уорхол
ru
Knjige
Энди Уорхол

Дневники. 1976–1987

Anariel
Anarielje citiralaпре 3 године
«У среднестатистического читателя Interview имеется приблизительно 0,001 ребенка»
Катя Богатырева
Катя Богатыреваje citiralaпре 3 године
Лайза с Барышниковым принимали так много кокаина, я и не знал, что они столько принимают, просто, что называется, гребли лопатой, и было удивительно видеть, как эти двое очень известных людей прямо у нас на глазах принимали наркотик перед тем, как пойти трахаться друг с другом.
Anariel
Anarielje citiralaпре 3 године
Процесс создания портрета был проработан во всех деталях. Все начиналось с того, что заказчик позировал, а художник делал около шестидесяти полароидных снимков. (Энди использовал только фотокамеру фирмы «Полароид» под названием «Биг Шот», а когда ее сняли с производства, он даже заключил с компанией специальное соглашение, что выкупит все непроданные фотоматериалы для этой камеры.) Потом он выбирал из этих снимков четыре, которые передавал печатнику-шелкографу (Энди всегда работал с одним и тем же специалистом: до 1977 года с Алексом Хинричи; а после него с Рупертом Смитом), и тот делал с них позитивные изображения на ацетатных трафаретах размером 20 х 25 см. Когда Энди получал их после обработки, он выбирал какое-то одно изображение, принимал решение, как его кадрировать, а затем принимался выполнять косметическую обработку изображения, чтобы «объект» (то есть его модель) выглядел как можно привлекательнее, — для этого он удлинял шеи, укорачивал носы, увеличивал губы, а также «исправлял» цвет кожи так, как это казалось ему необходимым; короче, он делал с другими людьми все то, что хотел бы, чтобы другие делали с ним… Дальше он отдавал кадрированное и отретушированное изображение на увеличение — его переводили из формата 20 х 25 см на ацетатный трафарет размером метр на метр, и уже с него печатник изготавливал шелкографическое изображение.

Чтобы быть всегда готовым к неослабевающему потоку заказов на портреты, Энди велел своим ассистентам предварительно раскрашивать холсты одним из двух базовых фоновых оттенков: телесный для мужских портретов и другой, несколько более розовый, — для женских. Используя копировальную бумагу, подложенную под кальку, он переводил изображение с ацетатного трафарета (размером метр на метр) на холст, предварительно загрунтованный телесным тоном, а затем писал красками все цветные детали — например, волосы, глаза, губы у женщин или галстуки и пиджаки у мужчин. Когда шелкография была готова, детальное изображение накладывалось на предварительно прокрашенные цветные участки, и затем детали фотографии переводили на холст. Именно небольшие сдвиги при наложении изображения на нанесенные краской детали и придавали портретам Уорхола характерный, чуть «смазанный» вид. Такой портрет стоил, как правило, около 25 тысяч долларов за первый холст и еще по пять тысяч за каждую дополнительную копию.
Ilia Viktorov
Ilia Viktorovje citiraoпрошле године
Сам Энди стремился не включать людей ни в какие категории: он считал, что любой человек должен иметь возможность пересечь любую границу и выйти за рамки определенной категории.
vladimir kivich
vladimir kivichje citiraoпре 2 године
Однако он понимал, что люди приходят только тогда, когда думают, что тебе есть что им предложить
Оля Грачева
Оля Грачеваje citiralaпре 2 године
Возникли новые рубрики — Interman («Мужчина номера»), Viewgirl («Девушка номера»), Upfront («Открытие») и First impression («Первое впечатление»),
SLava Sain
SLava Sainje citiraoпрошлог месеца
По-моему, если бы я предложила вниманию читателя всяческие разъяснения от редактора (которые действительно облегчили бы процесс восприятия этого текста), то преимущества, полученные от такого вмешательства, были бы незначительными, зато личная интонация речи Энди оказалась бы искаженной: читателю пришлось бы, без особой на то необходимости, постоянно отрываться от его текста.
SLava Sain
SLava Sainje citiraoпрошлог месеца
Когда в пятидесятых Энди пришлось зарабатывать на жизнь в качестве рекламного художника-фрилансера, по ночам рисуя, а потом целыми днями бегая по Манхэттену, чтобы показать кому-нибудь портфолио, он завязал буквально сотни контактов с работниками рекламных агентств, издательств и розничной торговли
SLava Sain
SLava Sainje citiraoпрошлог месеца
зачитывал мне эти записи по телефону, причем нередко умолкал, пытаясь расшифровать свой почерк
SLava Sain
SLava Sainje citiraoпрошлог месеца
Несколько минут он проводил у себя дома, занимаясь тем, что он называл «наклеиться» – умывшись, он прикреплял свои серебряные «волосы» (парик, который был его «визитной карточкой») и иногда, может быть, переодевался, однако лишь в том случае, если ожидался особенно «интенсивный» вечер
SLava Sain
SLava Sainje citiraoпрошлог месеца
Для него всегда было важно иметь возможность встречаться с людьми творческого склада и особенно с молодежью: он питался этой энергией. Однако он понимал, что люди приходят только тогда, когда думают, что тебе есть что им предложить.
SLava Sain
SLava Sainje citiraoпрошлог месеца
никогда ни с кем не разговаривал высокомерно. Он давал любому возможность почувствовать собственную важность и значимость – узнавая мнение человека по какому-то поводу или же расспрашивая об обстоятельствах его жизни
Polina Ananyeva
Polina Ananyevaje citiraoпре 4 месеца
Звонила Бриджид Полк [см. «Введение»], сказала, что похудела еще больше — до 89 килограммов. После того, как она увидела себя со стороны в фильме «Плохой» [см. «Введение»], когда весила 136 килограммов, Бриджид взялась худеть, села на диету, но с ней так скучно разговаривать — она же вообще никогда ничего не делает, никогда ни о чем не думает, она просто лежит у себя в комнате на кровати в отеле «Джордж Вашингтон» и ждет, что ее жир как-­нибудь сам собой рассосется. Я ей сказал, что могу взять ее на работу — тогда ее жир мог бы рассасываться у нас на «Фабрике», пока она отвечает на телефонные звонки, но Бриджид — ни в какую. У нее тридцать девять лет ушло на то, чтобы похудеть, а теперь, наверное, понадобится еще тридцать девять, чтобы пойти работать.
b6562563600
b6562563600je citiraoпре 5 месеци
У нее тридцать девять лет ушло на то, чтобы похудеть, а теперь, наверное, понадобится еще тридцать девять, чтобы пойти работать
annapyankova
annapyankovaje citiraoпре 5 месеци
килограммов. После того, как она увидела себя со стороны в фильме «Плохой» [см. «Введение»], когда весила 136 килограммов, Бриджид взялась худеть, села на диету, но с ней так скучно разговаривать — она же вообще никогда ничего не делает, никогда ни о чем не думает, она просто лежит у себя в комнате на кровати в отеле «Джордж Вашингтон» и ждет, что ее жир как-­нибудь сам собой рассосется. Я ей сказал, что могу взять ее на работу — тогда ее жир мог бы рассасываться у нас на «Фабрике», пока она отвечает на телефонные звонки, но Бриджид — ни в какую. У нее тридцать девять лет ушло на то, чтобы похудеть, а теперь, наверное, понадобится еще тридцать девять, чтобы пойти работать.
Я слишком устал, чтобы на ужине встретить всю свиту Дианы Вриланд [18]. Вместо этого просмотрел по телевизору программы с Люсиль Болл [19] за двадцать пять лет.
Виктор Хьюго, «консультант по вопросам искусства» Хальстона [20], позвонил мне из Сан-Франциско, потому что я сказал ему как-то, что мне очень понравилась витрина, которую он оформил, использовав индюшачьи кости, в магазине Хальстона на Мэдисон-авеню. И вот, оказывается, только что кто-то забрался туда и украл индюшачьи кости — и Виктор решил, что это был [смеется] я.
annapyankova
annapyankovaje citiraoпре 5 месеци
Воскресенье, 28 ноября 1976 года — Чедс-Форд — Нью-Йорк

Кэтрин позвонила в Нью-Йорк, домой к Джоди Фостер [13], чтобы подтвердить, что во второй половине дня я буду брать у нее интервью, но тут мать Джоди стала вдруг отнекиваться, сказала, что Джоди приболела, что, может, не стоит, но чтобы мы все же позвонили, когда доедем до города. В Нью-Йорке были в половину первого (бензин 16,50 доллара, плата за проезд по автостраде 3,40). Довезли Кэтрин и Фреда домой. Кэтрин еще раз позвонила Джоди, и она сказала: ну ладно, давайте...
Еще один чудесный теплый день, опять градусов семнадцать. Зашел за Кэтрин, и мы добрались пешком в отель «Пьер», на встречу с Джоди. По дороге я со многими здоровался, и мне отвечали тем же. В отеле увидел красивую женщину, которая уставилась на меня, и тут оказалось, что это — Ингрид Бергман. Пока я с ней разговаривал, из машины нам стал что-то кричать, размахивая руками, Коко Браун [14]. Тут появился, наверное, муж Ингрид, он увел ее с собой, а мы с Кэтрин зашли в ресторан, чтобы подождать Джоди. Она пришла туда с матерью и с каким-то типом, которого, как они сказали, подцепили где-то, вроде в Ливерпуле, но я так и не понял, кто он — телохранитель или любовник матери. Джоди была в высоких сапогах и в шляпе, она прехорошенькая, и нам страшно понравилась (30 долларов с чаевыми).
Потом мы все отправились в магазин «Ф. А. О. Шварц» посмотреть на игрушки. Купили несколько для Джоди (10 долларов). Она дала несколько автографов. На обратном пути в гостиницу прошли мимо продавца больших леденцовых палочек, и он подарил одну Джоди, а другую мне.
Поехали домой. Из Лос-Анджелеса позвонил Нельсон Лайон [15] и рассказал, как он провел День благодарения: Пол Моррисси [16] пригласил было его на званый ужин к Чейзу Меллену [17], но потом перезвонил, чтобы отменить приглашение, сказав, что там, оказывается, все будет «для очень-очень узкого круга», и он ошибся, пригласив с собой кого-то еще. Ну, стоило Нельсону услышать, что мероприятие будет «для очень-очень узкого круга», он тут же распсиховался, что его туда не зовут, вот и начал, как очумелый, туда пробиваться, все силы на это бросил, и в конце концов ему это удалось через кого-то еще. А там, оказывается, просто тысячи гостей, так что он, встретив там Пола, только и спросил его: «Интимный круг, да?»
Звонила Бриджид Полк [см. «Введение»], сказала, что похудела еще больше — до 89 ки
annapyankova
annapyankovaje citiraoпре 5 месеци
Среда, 2 февраля 1977 года

Мы с Ронни поссорились. Он расстроился, когда я сказал, что не хотел, чтобы он резал и натягивал «Серпы и молоты» так же, как он это делал, пока меня не было, а он возразил, что — как же так — он, получается, всю работу проделал зря? Я его спросил, а что бы он делал, если бы не занимался этой работой? Ну и какая разница, что его работа не пригодилась? Я ему сказал, что никогда не знаю, чего хочу, пока не увижу то, чего не хочу, и тут он заметил: ну, это другое дело, если я «отталкиваюсь от такой позиции», тогда его усилия не напрасны, его просто обидело бы, если бы оказалось, будто он делал все это совершенно зря.
Работал в офисе почти до половины восьмого вечера. Поговорил с П. Х. про «ПОПизм», она мне рассказала, как накануне взяла интервью у Йонаса Мекаса [137] и Кенни Джей Лейна. Йонас был молодцом, а вот Кенни подкачал.
annapyankova
annapyankovaje citiraoпре 5 месеци
Понедельник, 17 января 1977 года — Кувейт

Был в Национальном музее, он создан недавно, ему всего лишь двадцать пять лет. Там что-то около восьми комнат, и в одной было три монеты — во всем помещении. По-моему, есть еще одна комната, где Александр оставил несколько горшков. Александр Македонский — три глиняных горшка и четыре монеты. В одной из комнат одежда прошлых лет. Снова чай и кофе — с директором музея. Я просто сидел там — делать ведь было нечего. На машине поехал на встречу с генеральным секретарем Совета по делам искусств, там опять — чай-кофе да разные церемонии. На стене грязные отпечатки рук, как будто тут кого-то убили, и это было произведение искусства или что-то вроде того. Одни мужчины, и все стоят.
Все спрашивают одно и то же: «Где вы остановились?», «Как долго вы уже в Кувейте?», «Сколько еще пробудете?», «Когда уезжаете?» и «Когда снова приедете?»
Съездил на машине на встречу с богатым коллекционером по имени Фахд аль-Даббус. Он пухлый, круглолицый, симпатичный. У него на стенах висело немало картин, было несколько работ Дали, одна довольно большая. Много друзей-мужчин, большинство в европейских костюмах, также некоторые жены. А еще там подавали выпивку — это только у богатых, помнишь? На столе большая скатерть, но ее нельзя и сравнить с большими иранскими скатертями. Мужчины все на вид толстые, хотя из-за костюмов это не слишком понятно. Но сам хозяин был пухлый. Он купил принты с Мэрилин и из серии «Цветы». На руке у него были женские часики, украшенные бриллиантами, с голубым циферблатом. Еда в Кувейте жирная — жирное жаркое.
Купил мыло от вшей (6 долларов). В восемь вечера за нами заехал мистер Бейтер, он — культур-атташе посольства США в Кувейте, и нас повезли на встречу с американским послом Моранди, который устроил ужин в нашу честь. Его жена из Сиэтла, она говорила без умолку и этим совершенно довела нас. Оба демократы. Ужин нам подали в десять вечера. Уехали мы оттуда в полночь, скука. Помылся с мылом против вшей, но оно не помогло. Заснул прямо в ванне. В кровати заснуть не мог. Снова стал читать книгу Рут Клигман: она всячески доводила Джексона Поллока, когда они ехали в машине, тут-то он и врезался в столб. Дал почитать это
lilitnikol666
lilitnikol666je citiraoпре 5 месеци
cute little creep («клевый мерзавчик»)
annapyankova
annapyankovaje citiraoпре 5 месеци
Вечеринки Китти некогда были в Нью-Йорке событием из разряда «самых-самых», на них бывали все голливудские кинозвезды, а вот теперь все свелось к тому, что приходят одни ее старые друзья. А Элин Мейли — она же «Сюзи» [98] — в этом году даже не ответила на посланное приглашение.
Диана де Бово потянула меня за руку, и мы с ней зашли в другую комнату, как раз перед наступлением полночи. Я-то, в общем, хотел остаться там, где был, чтобы расцеловать этих старых перечниц, как я это сделал в прошлую новогоднюю ночь, потому что на самом деле это так приятно — поцеловать девяностолетнюю Элси Вудворд и сказать ей: «С Новым годом, дорогая моя!» Но тут к нам вошла Минни де Бово и увела Диану, сказав ей, что надо идти ко всем, чтобы поздравить с Новым годом отца с мачехой — а все потому, что Минни хорошо знает, с какой стороны намазан маслом их кусок хлеба.
fb2epub
Prevucite i otpustite datoteke (ne više od 5 odjednom)