Новое литературное обозрение

Новое литературное обозрение
Новое литературное обозрение
346Knjiga

Jedna cena. Obilje knjiga

Ne kupujete samo jednu knjigu već celu biblioteku… po istoj ceni!

Nešto za čitanje uvek na dohvat ruke

Prijatelji, urednici i stručnjaci mogu da vam pomognu da pronađete nove i zanimljive knjige.

Čitajte bilo kad i bilo gde

Vaš telefon je uvek uz vas, a samim tim i sve vaše knjige, čak i kada ste oflajn.

Bookmate – aplikacija koja vas podstiče na čitanje
«НЛО» — независимое гуманитарное издательство, существующее с 1992 года. Мы издаем журналы и книги, посвященные истории, антропологии и социологии, современную интеллектуальную прозу и поэзию.
В прозе В. Аристова за поверхностным слоем обыденности обнаруживаются иные, скрытые формы существования. По-своему преломляя традицию немецкого интеллектуального романа, идущую от Гете и йенских романтиков, автор создает своего рода «роман воспитания», синтезирующий великие мифы романтизма и модернизма с нелинейностью современной картины мира. Главный герой, философ и профессор Высших женских курсов, подобно другим странствующим персонажам, отправляется на поиски нового интегрального знания, способного преобразить мир. Он убежден, что именно «женственность» способна помочь преодолеть глубочайший кризис, в который повергла мир «эпоха мужской культуры». Становлению героя, происходящему в параллельных пространствах, то ли воображаемых, то ли подлинных, сопутствует непременное в этом случае воплощение «вечной женственности» — персонаж, ведущий героя по лестнице инициации. За внешним сюжетом открываются все более и более глубинные слои взаимодействия «я» и мироздания. Владимир Аристов — поэт, прозаик, эссеист, доктор физико-математических наук. Лауреат премии Андрея Белого.
Одной из существенных особенностей модернистской культуры была попытка раздвинуть границы изобразимого. Этим объясняется ее особый интерес к болезненному, выходящему за границы «нормы», — в частности, к деформациям зрения и сознания. Такой интерес неизбежно провоцирует смену привычной оптики, вызывая к жизни разного рода визуальные эксперименты. Автор исследует «место встречи» искусства и медицины в русской культуре, анализирует произведения М. Алданова, С. Кржижановского, В. Набокова, А. Ремизова, Б. Пастернака и др.
Историческая семантика изучает формы осмысления действительности в языке, культуре и обществе и их изменение во времени. Вклад в эту дисциплину внесли история слов, история понятий, история идей, историческая антропология, а также политическая философия и социология. Сближение между этими интеллектуальными традициями — одна из задач, которые ставят перед собой авторы сборника. Наряду с классическими, ранее не издававшимися на русском языке работами Антуана Мейе («Как слова меняют значение») и Томаса Коула («Архаическая истина»), сборник содержит критический обзор современных подходов к изучению истории слов и понятий, а также новейшие исследования по исторической семантике XVII–XX веков. В числе представлений и конструкций, которые анализируются в книге: истина до рождения философии, добродетель и антропология мужества, политика «в тени кабинетов» во Франции Старого режима, простые и сложные понятия в эпоху Просвещения, покой и свобода как функции нововременного сознания и т. д.
Новое время — эпоха появления на исторической сцене современной личности (modern Self). Долгое время этот процесс связывали с «расколдовыванием мира» и стремлением человека преодолеть «несовершеннолетие по собственной вине», отождествляемое с религией. Однако и сама вера, подверженная в Новое время обновлению и переменам, представляет собой средоточие формирования современной личности в Европе. Об этом свидетельствуют материалы духовной автобиографики. Если речь идет о России, то и тут становление личного самосознания, начавшееся в XVII веке, обычно описывают как результат «обмирщения» государства и общества. О роли и месте веры в этом процессе известно гораздо меньше. Представленный сборник — попытка заполнить лакуну и тем самым оспорить обязательный конфликт модерности и религиозности. Книга не только предлагает под иным углом взглянуть на известные эго-тексты, но и вводит в научный оборот новые источники, среди которых — поденные записки, мемуары, дневники, автобиографии, церковные летописи и письменные исповеди.
Мэрилин Ялом рассматривает историю брака «с женской точки зрения». Героини этой книги — жены древнегреческие и древнеримские, католические и протестантские, жены времен покорения Фронтира и Второй мировой войны. Здесь есть рассказы о тех женщинах, которые страдали от жесто­кости общества и собственных мужей, о тех, для кого замужество стало желанным счастьем, и о тех, кто успешно боролся с несправедливостью. Этот экскурс в историю жены завершается нашей эпохой, когда брак, переставший быть обязанностью, претерпевает крупнейшие изменения. Мэри­лин Ялом — историк, сотрудница института гендерных исследований Мишель Клейман в Стэнфорде.
История жены, Мэрилин Ялом
Художники парижского Монпарнаса, завсегдатаи кофеен в мюнхенском Швабинге, обитатели нью-йоркского Гринвич-Виллидж, тусовщики лондонского Сохо… В городской среде зародилось пестрое сообщество, на которое добропорядочный горожанин смотрел со смесью ужаса, отвращения, интереса и зависти. Это была богема, объединившая гениев и проходимцев, праздных мечтателей и неутомимых служителей муз, радикальных активистов и блиста­тельных гедонистов. Богема явилась на мировую сцену в начале XIX века, но общество до сих пор не определилось, кого причислять к богеме и как к ней относиться. Сохраняя свою смысловую неоднозначность, это понятие чаще всего остро полемически противопоставляется ценностям промышленного капитализма и образу жизни буржуа. Книга известной исследовательницы культуры Элизабет Уилсон рассказывает о ярких представителях богемы, истории зарождения этого явления и его судьбе на протяжении трех веков.
Мыслитель, радикал, экспериментатор, литератор, художник, Ларс фон Триер остается одной из самых крупных и противоречивых фигур европейского кинематографа рубежа XX и XXI столетий. Исследованию его всегда очень разных, часто шокирующих и провокативных фильмов кинокритик Антон Долин посвятил много лет. В книге анализируется творчество режиссера, а также публикуются обстоятельные интервью с самим Триером и с его коллегами — режиссерами и актерами.
В 1922 году большевики выслали из СССР около двухсот представителей неугодной им интеллигенции. На борту так называемого «философского парохода» оказался и автор этой книги — астроном, профессор Московского университета Всеволод Викторович Стратонов (1869–1938). В первые годы советской власти Стратонов достиг немалых успехов в роли организатора научных исследований, был в числе основателей первой в России астрофизической обсерватории; из нее потом вырос знаменитый Государственный астрономический институт им. П. К. Штернберга. В то же время Стратонов был непримиримо конфликтным человеком — он не только навлек на себя немилость партии большевиков, но и рассорился со многими коллегами-учеными. Воспоминания Стратонова переносят читателя в разные уголки дореволюционной и раннесоветской России — на Кубань и Кавказ, в Среднюю Азию, в Москву, Тверь, Муром и Петроград. Автор описывает, как учились, сдавали экзамены и бунтовали студенты, как наблюдали звездное небо астрономы и ходили в экспедиции военные топографы и геодезисты, как жили казаки, кавказские горцы и народы Туркестана, как был устроен чиновничий мир на окраинах империи, как свершалась революция и как боролась за высшую школу московская профессура. В мемуарах Стратонова читатель обнаружит не только ценное историческое свидетельство, но и увлекательное повествование.
Книга известного историка культуры посвящена дискурсу о русских сектах в России рубежа веков. Сектантские увлечения культурной элиты были важным направлением радикализации русской мысли на пути к революции. Прослеживая судьбы и обычаи мистических сект (хлыстов, скопцов и др.), автор детально исследует их образы в литературе, функции в утопическом сознании, место в политической жизни эпохи. Свежие интерпретации классических текстов перемежаются с новыми архивными документами. Метод автора — археология текста: сочетание нового историзма, постструктуралистской филологии, исторической социологии, психоанализа. В этом резком свете иначе выглядят ключевые фигуры от Соловьева и Блока до Распутина и Бонч-Бруевича.
В 1922 году большевики выслали из СССР около двухсот представителей неугодной им интеллигенции. На борту так называемого «философского парохода» оказался и автор этой книги — астроном, профессор Московского университета Всеволод Викторович Стратонов (1869–1938). В первые годы советской власти Стратонов достиг немалых успехов в роли организатора научных исследований, был в числе основателей первой в России астрофизической обсерватории; из нее потом вырос знаменитый Государственный астрономический институт им. П. К. Штернберга. В то же время Стратонов был непримиримо конфликтным человеком — он не только навлек на себя немилость партии большевиков, но и рассорился со многими коллегами-учеными. Воспоминания Стратонова переносят читателя в разные уголки дореволюционной и раннесоветской России — на Кубань и Кавказ, в Среднюю Азию, в Москву, Тверь, Муром и Петроград. Автор описывает, как учились, сдавали экзамены и бунтовали студенты, как наблюдали звездное небо астрономы и ходили в экспедиции военные топографы и геодезисты, как жили казаки, кавказские горцы и народы Туркестана, как был устроен чиновничий мир на окраинах империи, как свершалась революция и как боролась за высшую школу московская профессура. В мемуарах Стратонова читатель обнаружит не только ценное историческое свидетельство, но и увлекательное повествование.
В этой книге знаковые фигуры русского революционного авангарда предстают в не­обычном ракурсе: кинорежиссер Дзига Вертов — как литератор, поэт Владимир Маяковский — как киноактер, сценарист и организатор кинопроизводства. Пользуясь методом «параллельного монтажа», автор монографии обнаруживает многочисленные, порой неожиданные пересечения в жизни и творчестве своих героев: сходства судеб и эстетических программ, взаимное цитирование, попытки друг у друга учиться. Перед читателем разворачивается «полнометражный творческий разговор» Вертова и Маяковского в контексте «поэтики эпохи». Авторский анализ дополняют ценные приложения, в том числе тексты Маяковского, посвященные кино, и впервые публикуемые стихотворения Вертова.
Александр Пронин — доктор филологических наук, доцент СПбГУ, исследователь экранной драматургии, автор книг «Телевидение как рассказчик», «Как написать хороший сценарий», сценарист более 20 документальных фильмов.
Раздел «Одежда» в 52-м выпуске «Теории моды» посвящен вопросам моды и sustainability. В интересующем нас модном контексте этот термин переводится по-разному: говорят об устойчивой, ответственной, экологичной и этичной моде. Разнообразие трактовок свидетельствует о том, что мы находимся в процессе поиска удачных формулировок и формирования словаря экомоды.
Быстрая мода и неограниченное производство привели к тому, что люди стали иначе относиться к вещам и значительно меньше их ценить. Вместе с тем новая, «медленная», культура, захватившая и модную сферу, предлагает пересмотреть ставший привычным алгоритм модного поведения и воспринимать изделие через знание о том, как оно было создано, из какого сырья, в каких условиях.
Такое бережное отношение и пристальное внимание к вещам и их историям сближает «экологические» статьи нашего номера с теми, что вошли в раздел «Культура» и посвящены коллекционированию одежды музеями и частными лицами. В конечном итоге мы все оказываемся кураторами — если не музейных коллекций — то своих гардеробов, в которых храним выбранные нами вещи. И у всех этих вещей есть истории, которые делают наш повседневный опыт уникальным и неповторимым. Ведь, как заметила куратор музея Виктории и Альберта Клэр Уилкокс, чья статья также вошла в номер, «самые захватывающие истории часто сопровождают самые непритязательные предметы».
Книга посвящена искусству авангарда ХIХ–ХХ веков на Западе и в России. Теоретические тексты и художественные практики авангарда рассматриваются в их интенсивном взаимодействии с политическими идеологиями и движениями рубежа веков. На конкретных примерах модернистской теории и практики автор выстраивает единое поле интерпретации искусства от Эдуарда Мане до Джексона Поллока, прослеживая сложную взаимозависимость искусства и политики начиная с эпохи Великой французской революции и вплоть до тоталитарных режимов и американской демократии середины ХХ столетия. А.В. Рыков — теоретик и историк искусства, доктор философских наук, кандидат искусствоведения, профессор Санкт-Петербургского государственного университета.
Александр Стесин — поэт, прозаик, путешественник и врач-онколог, автор книг «Вернись и возьми», «Ужин для огня» и «Путем чая». Его новая книга — рассказ о работе в госпиталях, разбросанных по всему Нью-Йорку. Город, где сосуществует множество культур, и медицинский опыт, порой экстремальный, — все это поводы подумать о том, насколько разных людей приводит сюда судьба и насколько условной эта разность делается перед лицом беды и стремлением помогать друг другу. Лучше осмыслить свой опыт изучения мира и лечения людей писателю позволяет взгляд с расстояния — вот почему книга, начавшаяся в Нью-Йорке, заканчивается в Нью-Дели.
Имя драматурга Александра Ремеза (1954–2001) известно сегодня немногим. В сборник вошли его пьесы 1970-х годов, ранней и  самой плодотворной творческой поры автора. Несмотря на их высокую оценку режиссерами (А. Васильев, И. Райхельгауз и  др.), они долго оставались за пределами официальной культуры и  почти не ставились. Как замечает автор предисловия А. Васильев, Ремез «писал смело, пользовался сюжетами, которыми в те времена из страха или стыда никто не пользовался». Драматургия Ремеза была уникальной для советского культурного контекста: его пьесы в равной степени далеки и от социально-бытовой традиции, и от лирической, они прокладывали путь другому, экзистенциальному театру. В пьесах Ремеза есть и сложные интеллектуальные мотивы, и глубинная психология человека, и динамичность действия. Есть и подлинный драматизм, который сближает судьбу автора с судьбой его героев.
Пьесы, Александр Ремез
История создания Санкт-Петербургской Императорской Академии наук до сих пор порождает у  специалистов самые противоречивые оценки — от восхищенных до резко отрицательных. Во многом авантюрный проект Петра I по открытию высшего ученого учреждения в  массово неграмотной стране одни трактуют как гениальное нововведение, положившее начало становлению российской науки, другие — как губительный отказ от культурной самобытности. Авторы книги — известные историки науки — рассказывают о  создании Петербургской Академии наук и первых семи десятилетиях ее существования. Основной акцент сделан на анализе сложных отношений между учеными и  бюрократией — как внутриакадемической, так и  государственной. Особое внимание уделено оценке деятельности М. В. Ломоносова. Игорь Дмитриев — доктор химических наук, профессор кафедры философии науки и техники философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета, директор Музея-архива Д. И. Менделеева СПбГУ. Наталия Кузнецова — доктор философских наук, специалист в  области философии и  методологии науки, социальной истории науки, философской этики, профессор кафедры современных проблем философии РГГУ.
Американский историк Дэвид Хоффманн не согласен с историками, которые рассматривают СССР как аномалию исторического развития. Книга представляет историю советского государства в контексте идей и практик, свойственных многим государствам периода модерна. Исследование показывает, что нельзя относить все аспекты советского вмешательства в жизнь общества на счет идеологии социализма. Социалистическая идеология основывалась на идее трансформации общества, которая была общей для государств ХХ века. Преступления советского режима не становятся менее ужасными в результате такой «нормализации», однако особенности советского государства выделяются более четко. Дэвид Хоффманн — профессор Университета штата Огайо (Ohio State University) в США.
В названии этой первой книги франко-американского философа Рене Жирара уже заключен весь пафос его мысли: «романтизм» для него — не столько направление в европейском искусстве, сколько иллюзия, что человек свободен в своих желаниях, а «роман» — не литературный жанр, а «откровение», разоблачающее нашу радикальную зависимость от Другого. Заручившись поддержкой великих писателей — Сервантеса, Флобера, Стендаля, Пруста и Достоевского, автор создает концептуальную историю желания от Нового времени до современности, от игривого подражания «королю-солнце» Людовику XIV до охватившей XX век мрачной ненависти всех ко всем. Европейский роман становится для него проводником по человеческой душе, которая проходит путь от тщеславия, зависти и подражания ближнему до освобождения, приходящего к герою на смертном одре. Если в последующих книгах Жирар будет рассуждать о культуре и мире в целом, то «Ложь романтизма» — единственная его работа, где нашлось место жизни и смерти отдельного человека. Явно или же в свернутом виде, здесь уже присутствуют все основополагающие идеи философа: миметический принцип, жертвенный кризис, механизм козла отпущения — и его преодоление в христианстве.
Книга профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина, автора уже изданного в «НЛО» интеллектуального бестселлера «Эра Меркурия: Евреи в современном мире» (2005), посвящена загадке культурной чуждости. На протяжении нескольких веков власть, наука и литература вновь и вновь открывали, истолковывали и пытались изменить жизнь коренных народов Севера. Эти столкновения не проходили бесследно для представлений русских/россиян о самих себе, о цивилизации, о человечестве. Отображавшиеся в «арктических зеркалах» русского самосознания фигуры — иноземец, иноверец, инородец, нацмен, первобытный коммунист, последний абориген — предстают в книге продуктом сложного взаимодействия, не сводимого к клише колониального господства и эксплуатации.
В своей новой книге И.П. Смирнов идет по следам, оставленным онтологически-экзистенциалистской философией второй половины 1920-х — 1950-х годов, и пытается дать собственные ответы на поднятые ею вопросы. Центральная проблема, стоящая перед автором, — поляризация человеческого существования, в котором сталкиваются историческое и биофизическое время, будничность (включая труд) и праздничность, упадок и революционный подъем, социальная ординарность и элитарность. Заключительные разделы книги посвящены анализу конфликтной социально-политической ситуации, сложившейся в наши дни.
fb2epub
Prevucite i otpustite datoteke (ne više od 5 odjednom)