Виктор Сонькин

    Ася Калебинаje citiralaпре 2 године
    отсутствие интереса способно мягко снять любую тревожность.
    Игорь Кириенковje citiraoпре 9 месеци
    Книги делаются не как дети, а как пирамиды, по вдумчиво разработанному чертежу, установкой гигантских глыб друг на друга, собственной спиной, временем и потом, и все напрасно! Она торчит себе в пустыне! Но величественно над ней возвышается. Шакалы мочатся у основания, буржуа взбираются наверх, и т. д. Продолжи сравнение.
    Саша Котовje citiraoпре 2 године
    Проигрывая впоследствии в памяти события военных лет и формулируя свои идеи о восприятии случайных событий, я пришел к заключению, что наш разум – превосходная объяснительная машина, которая способна найти смысл почти в чем угодно, истолковать любой феномен, но совершенно не в состоянии принять мысль о непредсказуемости.
    Ася Калебинаje citiralaпре 2 године
    благополучные дети ничего не хотят так страстно, как романтической бедности
    Ася Калебинаje citiralaпре 2 године
    страстно мне хотелось начать свое новое существование – в тот момент легко было поверить, что вся моя жизнь до этого момента – лишь длинная и скучная репетиция, которую приходится нетерпеливо пережидать и выдерживать; подобие жизни, а не сама жизнь.
    Elena Fedotovaje citiralaпре 2 године
    Никогда не надо просить прощения за то, что сделал намеренно.
    b9509869245je citiraoпре 4 месеца
    Там должно быть что-то поистине бесценное! – Она подмигнула. – Последние полчаса я пыталась прощупать его ногой.
    – Русалка, мадам профессор, – ответил Люциуш, не придумав ничего другого.
    Ее брови поползли вверх.
    – В самом деле? Сушеная?
    – Э… да, сушеная. Откуда вы знаете?
    – Ну, если бы она была законсервирована, мы бы учуяли запах хлороформа. И она не живая, иначе бы наверняка сопротивлялась. Я бы на ее месте точно сопротивлялась. Это же она, да? Все экзотическое всегда женского рода.
    Люциуш с беспокойством огляделся.
    – Я не мог этого проверить, мадам. Я не знаком с анатомией.
    Затем он с ужасом осознал, как превратно можно было понять последнюю фразу. Радуясь полумраку ресторана, он быстро добавил:
    – Я никогда раньше не видел русалок.
    Она понизила голос:
    – Можно посмотреть?
    – Прямо сейчас, мадам профессор? – спросил Люциуш.
    – Потом.
    b9509869245je citiraoпре 4 месеца
    Он представил, как встает утром, а мир лежит в руинах, земля сошла с курса, полушария разлетаются на куски. Он понимал теперь, как можно отдать за кого-то жизнь, – это не милосердие; просто оставаться – пытка.
    Сергейje citiraoпре 4 месеца
    Все экзотическое всегда женского рода.
    Anastasiya Gurovaje citiralaпре 4 месеца
    Он понимал теперь, как можно отдать за кого-то жизнь, – это не милосердие; просто оставаться – пытка
fb2epub
Prevucite i otpustite datoteke (ne više od 5 odjednom)