ru
Алексей Лосев,Владимир Бибихин

Алексей Федорович Лосев. Записи бесед

Obavesti me kada knjiga bude dodata
Da biste čitali ovu knjigu otpremite EPUB ili FB2 datoteku na Bookmate. Kako da otpremim knjigu?
    77777777je citiraoпрошле године
    Надо, чтобы самому нравилось то, что ты делаешь. «Ты сам свой высший суд.»
    77777777je citiraoпрошле године
    Лето я хочу отдохнуть, потому что я тут чуть не подох зимой.
    77777777je citiraoпрошле године
    Разрыв, конечно, нельзя было обойти. Наступил он на самом деле давно. Но мое гражданское возмущение конформизмом Алексея Федоровича скоро кончилось. Через два года после этого письма я заметил за собой, что хочу помочь падающему социализму, хочу его упрочения, стабилизации. Чутье подсказывало мне, что единственный надежный способ ослабить самодержавие требует отнять у него право менять идеологию, т. е. заставить его держаться принятых обещаний.
    77777777je citiraoпрошле године
    Записывая это почти 30 лет назад, я был целиком за Аверинцева, чью каждую лекцию с восторгом слушал, как все тогда. Лосева сильно подводил срыв в бессильное раздражение, мало понятное ему самому. Теперь я выше оцениваю трезвость А. Ф., предсказывавшего еще 300 или как минимум 100 лет большевизма в России. Податливость социализма, от которого стратегически откатывала власть, обманула демократов. Не забывается одна передовица многомиллионных «Известий» в 1990 году. Там предупреждалось об армии некомпетентных деятелей, готовых занять любые должности в обновляющемся государстве. Подпись была: С. С. Аверинцев, депутат Верховного совета СССР. Лосевские слова о «продаже разных наслаждений и удовольствий» я слышу теперь как пророчество о демократической риторике, прикрывшей в 1987–1993 годах перестройку власти.
    77777777je citiraoпрошле године
    Вдруг вспоминаю: мы с Лосевым на Пироговской, идем пешком через город, он почти ничего не видит, я его веду, он домашний, теплый, сам целый город воспоминаний, о своих университетских экзаменах, о людях, грустный, но все же словно отпущенный со мной на свободу, с безусловно не допытывающимся, никаким ничего не искателем. — Щелкачев, сын которого преподает в Свято-Тихоновском богословском институте с сыном Асмуса, говорил мягко о Лосеве: «Он наговорил конечно много лишнего». Асмус не советует даже просить у Азы Алибековны следственное дело, она не даст и будет недовольна, Лосев якобы многих оговорил. Он решил тогда, говорил он мне, что его место не в сибирских лесах, а всё-таки в московском кабинете.
    77777777je citiraoпрошле године
    Сон. Алексей Федорович Лосев с того света или с Арбата звонит ровным замогильным голосом, его беспокоит вся концовка «Античной эстетики».
    77777777je citiraoпрошле године
    У него впечатление, что с 1945 года власти играют как спектакль, шитый белыми нитками. И шире: обо всей болгарской истории, что ею распоряжаются другие. Понимаю, как ему должно быть тоскливо. Русский язык, ему кажется, может больше чем болгарский.
    77777777je citiraoпрошле године
    Болгарин Радостин, второкурсник философского факультета. Читает Лосева и испытывает экстаз. Вот что главное. Лосева нет. Скоро не будет нас. Этот вот экстаз, как огонь, всего важнее передать.
    77777777je citiraoпрошле године
    Некролог Аверинцева в «Литературной газете». Теплый, любящий. Лосев — явление природы, гора, всегда стоящая в глазах и теперь вот вдруг отсутствующая. Подсознательно: загораживавшая вид и свободу движения. Подсознательно: такой вот крупный. —
    Лосев похож на Хайдеггера и в юности — нервной напряженностью; но Лосев более угловатый, потерянный. С годами у обоих вдруг совсем непредвиденная округлость и благодушие, но у Лосева — с хитрецой, с отрешенностью.
    77777777je citiraoпрошле године
    А. Ф. в шапочке и очках, тихий учебный вид. Всё казалось, что он вот-вот пошевельнется, чуть повернет голову. Аза Алибековна рассказывала: когда утром, приехав не сразу, Валя Постовалова начала читать молитвы, пальцы у А. Ф., давно не дышащего, сложились троеперстием. И я думаю, что ум продолжал жить, присутствовать около тела, без сердца и без крови, распоряжался телом так, прямо.
    77777777je citiraoпрошле године
    Лосев очень бледен, он повторял, что его книгу не печатают, ждут, когда он умрет; мрачен; работает каждый день, пишет 8 том «Эстетики» со Столяровым.
    77777777je citiraoпрошле године
    Аверинцев, Гаспаров, Федоров работают красиво и тонко, Савельева — красиво и тонко. Поэтому не надо петь в студенческом гимне gaudeamus igitur, это глупая радость; и зачем говорить juvenes dum sumus, когда мы можем быть молодыми всегда когда хотим. Надо петь так:
    77777777je citiraoпрошле године
    Тут говорили про количество моих работ. Но эти 450 статей кто печатает? Если бы Лосев не находил отклика, было бы такое возможно? Нет, Лосеву есть за что благодарить наше советское руководство. Я — поэтому — и — благо — да — рен…
    Сказал дрожащим голосом и сел. Плачет. Платок синенький к глазам, левой рукой, тот, которым обмахивался. Все долго стоят и очень серьезно хлопают. Последнее слово он произнес так, как у меня записано, с надрывом и слезами. Так могла сказать Марина Фридриховна [279] . В этом была загнанная, смертельно обиженная душа.
    77777777je citiraoпрошле године
    (2) Надо осмыслить универсальность мифа. Ему мало отразить жизнь, ему надо исправить ее, для этого нужны общие понятия, и миф постоянно обобщает. Чуть побольше обобщить реальность — и это уже будет миф.
    77777777je citiraoпрошле године
    Вы думаете, греки имели представление о фантастике? Для них миф был абсолютная реальность. Поэтому я предложу вам пробное определение: миф есть субстанциальное объединение идеального и реального; он есть сама вещь, в ее сути.
    77777777je citiraoпрошле године
    Недавно я взялся писать о Розанове в «Историю эстетики», по наивности даже не задумываясь о том, какой злобой окружено это имя. Алексей Федорович посмеялся над моей неполитичностью и очень точно припомнил историю моего изгнания из трех высших учебных заведений, где я пробовал обучать молодых людей — Бог знает чему. Рассказывал он, как всегда, с актерским мастерством и создавая впечатление упорной, занудной наивности. Ни о чем плохом я студентам не говорил — так, получалось у него, отвечал я обследовавшим мою работу старшим преподавателям, — а только о политике и экономике, об экономике и политике.
    77777777je citiraoпрошле године
    Валентина Ильинична однажды проводила к А. Ф. врача. Пока Валерий Иванович пошел говорить с ним в особую комнату — и они там долго о чем-то
    говорили, — Аза Алибековна осталась с ней. Занимая ее, она заговорила об А. Ф., сказав внезапно, что по ночам он молится и плачет. И в этот раз Валентина Ильинична спросила А. Ф., как он чувствует связь с Богом? как Бог его поддерживает? не знал ли он духовных откровений? Нет, ответил А. Ф. Религия должна стоять на интеллектуальной основе.
    77777777je citiraoпрошле године
    «Я написал 350 работ — и что толку? Счастья у меня нет». «Но если бы Вы их не написали?» «Ну, может быть, было бы хуже».
    У него с Азой Алибековной, заметила В. И., очень разные природы. Конечно, А. А. ежеминутно ему необходима, она продолжение его тела, но духовно, кажется, он очень тоскует по своей первой жене; видно, он знал минуты созвучия с ней [276] . Лида (она практический психолог) заметила, что любая другая, даже неграмотная женщина поняла бы, что меланхолику надо высказаться; Аза Алибековна — нет. Оттенок в их отношениях: Аза Алибековна, наверное, ценит его как памятник, но, главное, он для нее рабочий человек, которому нужно создать условия. Она не душевная.
    77777777je citiraoпрошле године
    — А. Ф., скажите, для чего нужна философия, когда есть религия?
    Религия всеобъемлюща. Философия нужна для ее осмысления.
    — Как Вы относитесь к другим религиям? Что Вы скажете, когда в Христе видят йога, показавшего часть своих умений?
    Христос высшее; при Его божественности в Нем в полноте сохраняется человеческое я, и здесь ценность. В христианстве на первом плане человек и Бог, особенно в православии. В католицизме берут верх чувственность и психологизм, стихия души; душонка всегда плачет, пищит, сопротивляется, но есть более надежная реальность. Ум, он постоянен и надежен, а что такое страсти? К религии самый прямой путь ведет через ум, а не через чувства; эмоции, чувства непостоянны, ум не подведет.
    — Почему Вам нравится Вагнер?
    Вагнер первый передал катастрофу западного человека. Катастрофу этой жизни, когда человек по заведенному порядку встает, ест, пьет, спит… Последняя бездуховность. Разговор перекинулся на Прокофьева, и о его популярном вальсе, часто передаваемом по радио, Лосев отозвался как о воплощенном в музыке сне наркомана.
    77777777je citiraoпрошле године
    Говорил о связи между музыкой, философией, математикой. И музыка, и математика обходятся без вещественного; высокая философия тоже. Во мне погибли математик, музыкант и оратор.
fb2epub
Prevucite i otpustite datoteke (ne više od 5 odjednom)