Citati iz knjige „Как написать Хороший текст. Главные лекции“ autora Борис Акунин,Сергей Гандлевский,Фаина Гримберг,Евгения Пищикова,Мария Голованивская,Александр Секацкий,Иван Толстой,Вера Павлова,Дмитрий Воденников,Ирина Левонтина,Анна Наринская,Алёна Долецкая,Елена Пастернак,Наталья Блищ,Р. Орлова

Эротическое тело в поэзии никогда не бывает спокойным. Это обязательно мучимое или самобичующееся тело. У Елены Шварц в книге поэм «Лоция ночи» есть такая строчка: «Верно, хочется тебе деву разломать, как жареную курицу» – удивительно точно подмечено.
На заре писательского самоопределения Сирин дебютировал стилизацией под Ремизова – рассказом «Нежить» (1921) – и параллельно написал рассказ «Наташа» (1921), который стилистически ориентирован на бунинскую манеру письма.
Правда в искусстве достигается не копированием. Скопированная действительность скучна и не похожа сама на себя.
Хотя подлинный лиризм – свойство интонации, а не тематики.
Если я не подхожу к телефону, значит, плаваю на каноэ по калифорнийским речкам и ловлю рыбу.
Смысл физиологии вещи в том, что через любой предмет, значимый в данный период времени, можно узнать что-то новое об обществе.
Единственная поза, доступная социальному очеркисту, – это согбенная поза человека, который прижался к замочной скважине.
Тотчас появились публикации, в которых говорилось, что читать «грязефилов» – все равно, что смотреть, как фланеры наблюдают за животными на скотном дворе.
Сегодня, когда с телесности сняты все табу, а писатели спокойно используют предложения вроде «он воткнул свое многоточие в ее многоточие», вы, естественно, спросите – а где же телесность у Толстого?
Перед нами донна Анна из «Каменного гостя» Пушкина. Это она появляется в черном – «придете кудри наклонять и плакать» – то есть мы сразу это вспоминаем, и действительно, сейчас на балу начнутся испанские страсти.
Союз с Вронским странным образом толкает Анну на путь интеллектуального развития: она ящиками выписывает книги, читает серьезную литературу, даже сама начинает писать.
Я категорически против такого подхода к литературе, поскольку считаю, что текст в первую очередь рождается от другого текста, как котята рождаются от кошки, а яблоки вызревают на яблоне.
Когда мы называем их по именам, когда мы застываем в некоем напряжении – молитвенном, ритуальном, – они вновь являются. Являются примерно так же, как является весна, т. е. невозможно сказать, новая ли это весна или та, которая уже была. Боги являются не в форме прошлого или рассказа о них в прошлом, а как вызванные на сцену.
Фактически мы превращаемся в некую законопослушную машину, исправно посещающую рабочие места.
Мужчины заняты делом, и потому у них любовь на третьем плане: поговорить с женой, погулять с ней по саду, приятно провести время, на ее могилке поплакать; вот и всё.
МЕНЯ УБЬЮТ, Я ЗНАЮ, В ПОНЕДЕЛЬНИК
Литература к так называемой реальной жизни имеет весьма косвенное отношение – это не жизнь влияет на литературу, а напротив, литература влияет на тот странный процесс, который мы именуем жизнью.
кормовая база всех писателей – ведь кратчайший конспект любого психологического романа в конце концов сводится к одному предложению: «Госпожа N казалась такой, а оказалась другой»
Когда происходит обрушение порядков, когда за воротами война или болезнь – единственным нашим убежищем становится возможность собраться вместе и разговаривать.
язык русской телесности – это либо медицинская терминология, либо обсценная лексика.
fb2epub
Prevucite i otpustite datoteke (ne više od 5 odjednom)