Джордан Питерсон

Карты смысла. Архитектура верования

Джордан Питерсон — клинический психолог, философ, профессор психологии Университета Торонто и автор мирового бестселлера «12 правил жизни: противоядие от хаоса».
Почему у народов разных культур и эпох схожие по структуре мифы и верования? Что это сходство говорит нам о человеческом сознании и устройстве самого мира?
Отвечая на эти вопросы, Джордан Питерсон устанавливает связь между мифологическими представлениями о мироздании и тем, что современной науке известно о мозге. Новаторская теория автора объединяет нейропсихологию, когнитивные теории, фрейдистский и юнговский подходы к мифологии и повествованию. «Карты смысла» опровергают мнение о примитивности мифологического сознания по сравнению с научным мышлением и открывают для современного критического ума глубокое значение и мудрость мифов.
Настоящее издание — первый, основополагающий труд знаменитого ученого, в котором наиболее полно изложена его оригинальная теория.
1.012 štampanih stranica
Izdavač
Питер

Utisci

    andriije podelio/la utisakпре 5 месеци
    🔮Kompleksna
    💡Poučna
    🎯Vredna čitanja
    🚀Čita se u jednom dahu

    неймовірно крута і складна книга. Пітерсон показує в ній підвалини свого і залальнолюдського світоглядів, базуючись на міфологіях різних народів і опираючись на роботи Карла Юнга, Мірче Ілліаду, та інших.

Citati

    Vasyl Mikulinje citiraoпре 2 месеца
    К любому желающему сделать мир лучше, изменив других, следовало относиться с подозрением.
    mariaiamdrunkje citiraoпрошле године
    С развитием истории простое описание особенно важных (и, следовательно, убедительных) моделей поведения/представления начинает побуждать к активному подражанию. На этом этапе семантическая система, активизируя образы в событийной памяти, подготавливает почву для изменения самого порядка действия. Это означает создание «петли обратной связи», в которой информация может перемещаться вверх и вниз по «уровням сознания», преобразовываясь и расширяясь по мере движения (необходимым посредником здесь выступает социальная среда). Развитие повествования означает словесное обобщение знаний, абстрактно существующих в эпизодической памяти и воплощенных в поведении. С его помощью можно широко и быстро распространять такие знания среди общающихся людей с минимальными затратами времени и сил, а также просто и точно сохранять их в неприкосновенности для будущих поколений. Повествовательное описание архетипических моделей поведения и схем представления, то есть миф, является важнейшей предпосылкой построения общества и последующего управления предположениями, действиями и желаниями личности, обусловленными культурной средой.

    Только после того как поведенческая (упорядоченная) мудрость представлена в событийной памяти и изображена в драме и повествовании, ее можно облечь в сознательную словесную форму (прецедурное знание не изобразительно в своем основном виде) или при необходимости изменить в отвлеченном смысле. Информация о знании того, как, накапливаемая в ходе исследовательской деятельности, может, тем не менее, передаваться от человека к человеку в обществе посредством подражания. Пиаже указывает, например, что дети сначала совершают действия с объектами, чтобы определить их свойства, а затем почти сразу подражают сами себе, превращая изначально спонтанное поведение в нечто, подлежащее изображению и обязательному повторению[180]. То же самое происходит при общении взрослых: действие одного быстро копируется другими, превращается в привычку, а затем обобщается и далее упорядочивается. Таким образом, некий общий алгоритм, когда поведение человека подхватывается и изменяется окружающими, может возникнуть и при отсутствии осознания его структуры. Однако как только социальный ритуал установлен, он может быть быстро описан и систематизирован – при условии достаточной способности к познанию и зрелости. Этот же процесс происходит во время спонтанного возникновения (а затем систематизации) детских игр[181]. Именно создание таких игр – и их совершенствование через повторяющееся общение – является основой для построения самой культуры.
    martin idenje citiraoпрошле године
    я прочел «Дорогу на Уиган-Пирс» Джорджа Оруэлла. Эта книга окончательно подорвала мои убеждения. Я утратил веру не только в социалистическую идеологию, но и в сами идеологические позиции. В знаменитом заключительном эссе (написанном для – и к вящему разочарованию – британского Левого книжного клуба), Оруэлл вскрыл величайший недостаток социализма и причину его частых неудач в завоевании и удержании власти (по крайней мере, в Великобритании). Оруэлл заявил, что на самом деле социалисты не любили бедных. Они просто ненавидели богатых[3]. Как удивительно точно подмечено! Маска социалистической идеологии прикрывала обиду и ненависть, порожденные неудачей. Многие члены партии, с которыми я встречался, использовали идеалы социальной справедливости, чтобы оправдать жажду личной мести.

    Кто, как не богатые, образованные и уважаемые, виновны в том, что я беден, безграмотен и презираем? Как удобно здесь ввернуть жажду мести и требования абстрактной справедливости! Отчего не получить заслуженную компенсацию от тех, кому повезло больше?

Na policama za knjige

    Издательский дом «Питер»
    Питер
    • 1.2K
    • 242
    andrii
    думай
    • 69
    • 106
    Алексей Тимофеев
    Психология
    • 110
    • 10
    Олег Ващуков
    Нет на Bookmate
    • 78
    • 5
fb2epub
Prevucite i otpustite datoteke (ne više od 5 odjednom)