Натали Голдберг

Человек, который съел машину. Книга о том, как стать писателем

    Юлия Сухаревскаяje citiralaпре 3 дана
    Не бойтесь открывать уязвимые места.(Если в вашем тексте возникает что-то пугающее или слишком личное, не останавливайтесь. Скорее всего, в этом будет очень много энергии.)
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Часто бывает так, что, перечитывая страницу за страницей своей тетради, вы находите только одну, две или три удачные строки. Не расстраивайтесь. Вспомните о футбольной команде, которая тренируется много часов ради нескольких игр.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Каждый из нас — Будда. Я могу увидеть, что ты — это Будда. Ты мне не веришь. Когда ты сама увидишь, что ты — Будда, тогда ты проснешься. В этом и заключается просветление
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Очень важно чувствовать ситуацию. Не нужно заранее устанавливать для себя правила. Если бы поля были огорожены колючей проволокой, я бы все поняла. Вместо того чтобы слепо следовать правилам, лучше подружиться с реальностью. Правила создают для того, чтобы никто и ничто не пострадало. Если вы от природы добры, вы все будете делать правильно, не обращаясь к законам. Я знаю, что не должна рвать початки или наступать на корни, и я хожу между рядами.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Пустить свою овцу или корову на большой, просторный луг — вот способ управлять ею
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    работа в кафе также помогает сосредоточиться. Однако атмосфера кафе не ограничивает стимуляцию, а наоборот, делает ваши органы чувств активными и счастливыми, при этом не мешая более глубокому уровню вашей натуры концентрироваться и творить. Это все равно что занять ребенка чем-то забавным и при этом незаметно сунуть ему в рот ложку яблочного пюре
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Ученики, проходящие практику в дзенском лагере, в перерывах между сорокаминутными сидячими медитациями выполняют кинхин — медитацию на ходу. Очень, очень медленно, в положении стоя, координируя свои движения с дыханием, вы начинаете делать шаг. Вы чувствуете, как ваши колени слегка сгибаются, ваша пятка отрывается от пола. Очень медленно. На вдохе вы отрываете от пола всю ступню и продвигаетесь вперед примерно на дюйм. Затем процесс повторяется с другой ногой. Кинхин продолжается примерно минут десять. Замедляясь до такой степени, вы осознаете, что шаг — это не отдельное движение, оторванное от всего остального. С каждым шагом вы ощущаете воздух, окна, других медитирующих. Вы понимаете, что не может быть шага без пола, без неба, без воды, которую вы пьете, чтобы жить. Все взаимосвязано, все взаимопроникновенно. Даже время года, в которое мы совершаем шаг, влияет на него.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    «Я вижу собаку» — в такой структуре предложения «я» оказывается центром вселенной. Мы забываем о том, что, когда «я» видит «собаку», «собака» в то же самое время видит меня. Любопытно, что согласно синтаксическим правилам японского языка эта фраза выглядела бы так: «Я собаку видящий». Это больше похоже на взаимодействие, обмен действиями, чем на воздействие субъекта на объект.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Лет пять назад мою подругу ограбили на Нижнем Ист-Сайде Манхэттена. Потом она рассказывала мне, что, когда на нее напали, она вскинула руки и закричала: «Не убивайте меня, я писатель!» «Как странно, — подумала я в тот момент. — Почему она решила, что это ее спасет?»
    Писатели часто запутываются. Они думают, что их работа служит оправданием их жизни. Мы забываем, что жизнь дается нам без всяких условий и что жизнь и писательство — это совершенно разные вещи. Мы часто используем писательство как способ привлечь внимание и получить признание и любовь. «Посмотрите, что я написал. Вот какой я хороший человек!» Но мы уже хорошие люди — еще до того, как напишем хоть слово.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Есть люди, которые пытаются приготовить торт из одного жара, без продуктов. Жар создает тепло, уютную атмо­сферу, но конечным результатом никого не накормишь. Таковы обычно абстрактные тексты: мы чувствуем, что в них много энергии, но откусить нечего. Прибегая к деталям, вы постепенно учитесь все лучше и лучше передавать свой восторг или печаль. Так что, суетясь в упоении у жаркой плиты, не забудьте поставить туда форму с тестом, чтобы другие люди точно узнали, каковы ваши чувства на вкус, и тоже смогли ими насладиться.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Торт выпекается в духовке. Весь ее жар идет на его приготовление. Жар не отвлекается, думая: «О, лучше бы это был шоколадный торт, а не фруктовый». Когда вы пишете, вы не должны думать: «Меня не устраивает моя жизнь. Почему я не родился в Иллинойсе?!» Вы вообще не должны думать. Вы принимаете то, что есть, и переносите на бумагу его подлинность. Роси Катагири говорит: «Литература может рассказать вам, что такое жизнь, но не расскажет, как от нее избавиться».
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Роси Катагири говорит: «Когда вы выполняете дзадзен [сидячую медитацию], вы должны исчезнуть. Не Стив и не Барбара выполняют дзадзен. Это дзадзен выполняет дзадзен». То же самое должно происходить, когда вы пишете: это текст пишет себя. Вы исчезаете. Вы просто записываете мысли, текущие через вас.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Наши жизни одновременно банальны и легендарны. Мы живем и умираем, стареем красиво или сморщиваемся в печеное яблоко. Мы просыпаемся по утрам, покупаем желтый сыр и надеемся, что нам хватит на него денег. Но в то же самое мгновение в груди у нас живут удивительные сердца, которые продолжают стучать, невзирая на все печали и зимы нашей жизни. Каждый из нас ценен, жизнь каждого важна и великолепна, и детали этой жизни достойны запечатления. Именно так должен думать писатель, именно с таким чувством мы должны садиться за стол с ручкой в руке. Мы были здесь; мы — люди; вот так мы жили. Пусть об этом узнают другие, пусть это останется в веках. Подробности важны. Иначе можно было бы сбросить на Землю бомбу — и это не имело бы никакого значения.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    Писатель, который пишет, обретает свободу. Он выполняет свою функцию. Раньше я думала, что быть свободным означает делать все, что захочешь. Но на самом деле это означает знать, кто ты такой и что ты должен делать на этой земле, — и делать это
    Наталья Михайловаje citiralaпре 2 месеца
    кажется, что писать или заниматься еще каким-то видом искусства все же лучше, чем напиваться или объедаться шоколадом. Я часто задумываюсь о том, почему писатели становятся алкоголиками: возможно, они так много пьют, потому что не пишут или им трудно писать. Они алкоголики не потому, что они писатели, а потому, что они — писатели, которые не пишут.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 3 месеца
    Проблема в том, что мы думаем, будто существуем. Мы думаем, что наши слова вечны, прочны и впечатываются в нас навсегда. Это неправда. Мы пишем в конкретный момент. Иногда, читая свои стихи незнакомым людям, я вдруг понимаю: они думают, что эти стихи — это я. Но это не я, даже если я писала их от первого лица. Это были мои мысли, моя рука, мир и эмоции в момент написания. Взгляните на себя. Вы меняетесь каждую минуту. Это дает вам огромные возможности.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 3 месеца
    Дисциплина — жестокое слово. Мне видится в нем избиение моей ленивой части в попытках заставить ее подчиниться — а это никогда не работает. Диктатор и сопротивленец ведут нескончаемую борьбу:
    — Не хочу писать.
    — Ты сядешь и будешь писать.
    — Сяду позже. Я слишком устала.
    — Нет, ты сядешь прямо сейчас.
    И все это время моя тетрадь остается пустой. Это еще один способ сопротивления эго. У роси Катагири есть для этого замечательное определение: «борьба с тофу». Тофу — это соевый творог, плотный, мягкий и белый. Бороться с ним бесполезно: у вас все равно ничего не получится.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 3 месеца
    Когда я смотрю на свои старые тетради, мне кажется, что я в некотором роде потакала себе и потратила слишком много времени на блуждание в разрозненных мыслях. Можно было расправиться с ними быстрее. Однако хорошенько узнать свою тень, признать ее и разобраться в ней, не восхваляя и не критикуя, — важно и полезно. Благодаря этому знанию вы будете лучше подготовлены к тому, чтобы выбрать сторону красоты, добра и истины. Такой выбор нужно делать, прочно стоя на земле. За красотой нельзя бежать, когда по пятам за вами гонится страх.
    Наталья Михайловаje citiralaпре 3 месеца
    Однажды, уезжая на четыре дня в Норфолк, штат Небраска, я сложила эти тетради у нее на лестнице. Когда я вернулась, она, усевшись в старое розовое кресло в моей спальне, посмотрела на меня как-то странно и сказала: «Я все выходные читала твои тетрадки. Там столько интимного, местами страница за страницей сплошной страх и неуверенность, а потом мне вдруг начинало казаться, что это вовсе не ты — просто грубая энергия и дикие мысли. И вот ты тут, живая Натали, просто человек. Это так необычно»
    Наталья Михайловаje citiralaпре 3 месеца
    Роси Катагири сказал: «Малая воля не способна ни на что. Необходима Великая Решимость. Это не значит, что вы просто должны прилагать усилия. Это значит, что вся вселенная поддерживает вас и встает на вашу сторону — птицы, деревья, небо, луна и все десять сторон света».
fb2epub
Prevucite i otpustite datoteke (ne više od 5 odjednom)