Пока не погаснет последний фонарь. Том 2

лицо, лучше не бей кулаком, бей ладонью

бить надо в болевые точки: верхняя губа, подбородок, кадык, солнечное сплетение, ниже пояса

Говорили, что жители деревни, где жила будущая Ямамба, были слишком жадными. Сколько бы добра ни делала им колдунья, им всего было мало. Это и превратило ее в злобное существо. Кто-то считал, что в Ямамбу превратилась одинокая, старая женщина, которую оставили в горах умирать… Что на самом деле случилось с Ямамбой, когда она еще была человеком

Ямамба, конечно, кровожадная и жестокая, но она довольно глупа, и в историях ее порой удается обмануть. Также если рядом покажется красивая молодая девушка, не стоит ей верить. Ведьма может специально обратиться ею, чтобы обмануть вас и заманить в ловушку.

Хиганбана… У этого цветка много названий. Например, «цветок мертвых».
Или «цветок пожара».

Хасэгава кивнул. Отняв ладонь от его плеча, он вытащил из рукава шприц и отточенным движением воткнул иглу в шею Атамы.
– Поэтому я должен от тебя избавиться, – широко улыбнулся Хасэгава.

Сквозь дрему я почувствовала легкое прикосновение ледяных пальцев к своему лбу. Они аккуратно убрали пряди, упавшие мне на лицо, и не отстранились. Кадзуо медленно провел пальцами по моей щеке, погладил волосы. Я попыталась было открыть глаза, но не смогла, да и не хотела. Не хотела, чтобы Кадзуо отстранялся. Напротив, окончательно осознав, что он действительно снова рядом, я наконец провалилась в сон.

Не в силах открыть глаза, не в силах заставить себя встать и вернуться в комнату к Йоко и Эмири, я положила голову на плечо Кадзуо и позволила себе на какое-то время отпустить все страхи и волнения. Близость Кадзуо успокаивала и давала если не уверенность, то хотя бы надежду, что мы справимся

– Сначала мы с тобой нашли труп… Потом ты с Араи… – протянул он. – Какое совпадение. Может, признаешься уже?
Я ответила ему мрачным взглядом:
– Второй раз умереть захотел?

– Я не знал наверняка, выживу ли, – ответил наконец Кадзуо. – Никогда до этого не погибал. И надеялся, что не придется.
Возмущение схлынуло, оставив только боль, к которой прибавилось… смятение? Смущение?
Я не понимала, что означали слова Кадзуо. Получается, пусть он и не пожертвовал своей жизнью ради меня, то уж точно рискнул ей.