ru
Хуан Рульфо

Педро Парамо

Obavesti me kada knjiga bude dodata
Da biste čitali ovu knjigu otpremite EPUB ili FB2 datoteku na Bookmate. Kako da otpremim knjigu?
    Арина Сероваje citiralaпре 2 године
    «Я перечисляю святых, как пересчитывают коз, заставляя их прыгать через канаву».
    Arina Koriandrje citiralaпре 4 године
    Я не знал, что и подумать. Но она и не дала мне времени подумать.
    Ekaterina Nuivsetakoeje citiralaпре 5 месеци
    — Мама умерла, — ответил я.

    — Умерла? Такая молодая? Отчего?

    — Не знаю. Скорей всего с тоски. Она все о чем-то вздыхала.

    — Это плохо. Каждый вздох отрывает кусок жизни.
    Ekaterina Nuivsetakoeje citiralaпре 5 месеци
    Она загородила собою рассвет, и день был бессилен вступить в комнату. Из-под ее рук, из-за плеч клочками прорывалось небо, ручейки света омывали ее ноги, разбрызгивались по полу, и оттого казалось: она стоит на земле, политой слезами. Снова всхлипывания.
    Ekaterina Nuivsetakoeje citiralaпре 5 месеци
    «…Смотреть на зеленые равнины. Видеть, как линия горизонта дышит в такт колыханию нив, волнуемых ветром. Как струятся по лицу вечера прозрачные кудри дождя. Впитывать краски земли, запах люцерны и свежеиспеченного хлеба. И сладковатый, — будто от пролитого меда, — аромат, растворенный в воздухе улиц…»
    Natalia Kryukovaje citiralaпре 5 месеци
    Долина лежала внизу, подернутая солнечным маревом, как прозрачное озеро — пеленой жемчужного пара;
    Natalia Kryukovaje citiralaпре 5 месеци
    Стояли знойные августовские дни, раскаленный ветер дышал гнилостным зловонием мыльных деревьев.
    honey ohje citiralaпре 5 месеци
    Я вспоминаю пору, когда у нас созревали лимоны. Вспоминаю, как февральский ветер трепал зеленые, еще не иссушенные зноем листья папоротников. Все патио нашего старого дома было напоено ароматом спелых лимонов.
    honey ohje citiralaпре 5 месеци
    И они растаяли в темноте, словно тени.
    honey ohje citiralaпре 5 месеци
    Я протянул руку, чтобы открыть дверь, но рука нырнула в пустоту, как будто это она, пустота, распахнула передо мной дверь.
    honey ohje citiralaпре 5 месеци
    Я носил их в себе, и они были тяжки, словно камни.
    Виктория Голубеваje citiralaпре 6 месеци
    Никто не пришел проститься с матерью. Но так было даже лучше. Смерть ни с кем не поделишь, это ведь не наследство. А горе — плохая приманка для гостей.
    Виктория Голубеваje citiralaпре 6 месеци
    Он не любил возвращаться к этому воспоминанию: за ним вырывались на волю другие, они сыпались, как зерно из лопнувшего мешка, — попробуй заткни дыру.
    Виктория Голубеваje citiralaпре 6 месеци
    А с душой как же? Куда она-то, по-твоему, девалась?
    — По земле где-нибудь скитается. Мало ли неприкаянных вроде нее. Ищет среди живых, кто бы ее грех отмолил. Поди, ненавидит меня, что так с ней нехорошо обошлась. Только мне это все равно, я об ней не печалюсь. Истерзала она меня угрызениями совести, а теперь мне покойно, отдохнула я от этой муки. Каждую корку, что доставалась мне, ядом она отравила, по ночам спать не давала, страхов, мыслей черных нагонит, и все мне грешники видятся, как они в огне вечном горят, ну и другое такое. А вот села я смерти ждать, она меня умолять стала, вставай, мол, иди, цепляйся за жизнь, тяни лямку дальше, словно все еще надеялась, что чудо какое случится, очистит меня от тяжкой моей вины. Но я и с места не двинулась. «Конец моей дороге, — говорю. — Нет больше моих сил». И рот открыла, пусть отлетает. Она и отлетела. Я это по тому узнала, что брызнула мне на руки ниточка крови, какой она была к моему сердцу привязана.
    Виктория Голубеваje citiralaпре 6 месеци
    И так-то всю жизнь маешься, одной только надеждой себя поддерживаешь, что хоть на том свете дадут другой, лучшей жизни отведать. А вот как захлопнут перед тобой двери в другую-то жизнь, и только одна для тебя дверь открыта — в ад кромешный, — нет, лучше и не родиться…
    Varvara Kurbatovaje citiraoпре 6 месеци
    Что делать мне теперь со своими губами, если нет больше рта, который наполнил бы их собой?
    Varvara Kurbatovaje citiraoпре 6 месеци
    тело, проникает в нее все глубже, глубже, пронизывает до крика. Однако смерть его, говорит она, причинила ей муку еще более глубокую.
    Varvara Kurbatovaje citiraoпре 6 месеци
    Она говорит, что прятала ноги между его ног. Закоченелые свои ноги, холодные, как обледеневшие камни, и тогда они согревались, словно она сунула их в жаркую печь, где золотится поспевающий хлеб. А он любил ее ноги, любил их кусать и уверял: они вкусней золотистого хлеба, только что вынутого из печи. И она засыпала, вся вжавшись в него, поглощенная им, чувствуя, что растворяется в небытии, ибо плоть ее отверзлась, рассеченная пылающим железом, но вот уже не жгучий огонь, а сладостное тепло упругими сильными толчками бьет в ее расслабленное
    Виктория Голубеваje citiralaпре 6 месеци
    Кому я тут помешаю? Сам видишь, и земли-то на меня не ушло ни горсточки. Закопали с тобой в одну могилку, и места лишнего не заняла, вся между твоими сложенными руками уместилась, как в уголке прикорнула.
    Виктория Голубеваje citiralaпре 6 месеци
    Мы смеялись, захлебываясь ветром. Нам было весело на ветру. Ведь он заставлял наши глаза смотреть в одну и ту же точку, соединял наши взгляды.
fb2epub
Prevucite i otpustite datoteke (ne više od 5 odjednom)