Дуглас Смит

Бывшие люди. Последние дни русской аристократии

Книга историка и переводчика Дугласа Смита сравнима с легендарными историческими эпопеями — как по масштабу описываемых событий, так и по точности деталей и по душераздирающей драме человеческих судеб. Автору удалось в небольшой по объему книге дать развернутую картину трагедии русской аристократии после крушения империи — фактического уничтожения целого класса в результате советского террора. Значение описываемых в книге событий выходит далеко за пределы семейной истории знаменитых аристократических фамилий. Это часть страшной истории ХХ века — отношений государства и человека, когда огромные группы людей, объединенных общим происхождением, национальностью или убеждениями, объявлялись чуждыми элементами, ненужными и недостойными существования. «Бывшие люди» — бестселлер, вышедший на многих языках и теперь пришедший к русскоязычному читателю.
372 štampane stranice

Utisci

    Антон Гришинje podelio/la utisakпре 3 године
    🚀Čita se u jednom dahu

    Решительно невозможно ориентироваться в одинаковых именах князей и графинь, поэтому книга читается как рассказ об одном и том же «бывшем человеке», которого грабят, унижают и расстреливают много-много раз.

    Dmitriyje podelio/la utisakпре 3 године
    💀Jeziva
    🔮Kompleksna

    Поражен силой духа многих описываемых в книге "бывших" людей. Для себя я сделал 2 вывода. Первое, если в России, что-то началось, то это всерьез и надолго. Не надо тешить себя иллюзиями, что это скоро пройдет, и вернется все, как было. Второе, нужно уметь радоваться жизни вопреки всему.

    Ekaterina Aleevaje podelio/la utisakпре 2 године
    👎Možete propustiti

    На обложке обещают, что речь пойдёт о последних днях русской аристократии — но на деле Смит подробно рассказывает лишь о двух дворянских семьях, Шереметьевых и Голицыных. Получается все равно больше 30 человек, в которых ты моментально путаешься, тем более что никакой вразумительной навигации в книге нет.

    Каждая глава посвящена определённому периоду — первая русская революция, вторая, Гражданская война, НЭП, ну и дальше (все умерли, хочется добавить, что почти правда) до Хрущева. В ней безо всякой структуры намешаны дети, внуки, племянники Шереметьевых и Голицыных — так что я после второй главы уже и не пыталась запомнить кого-то, кроме патриархов семей. Аресты, ссылки, расстрелы, отъезд — но герои событий становятся реально понятны только с «Википедией».

    Книга рассчитана на американского читателя, поэтому все события российской истории перечислены бегло и ничего нового тому, кто отличает Ленина от Троцкого, не расскажет. Конечно, объём работы, которую продел автор, впечатляет, но в результате получилась книгу, которую невозможно читать. В который раз убеждаюсь, насколько авторам нужен хороший редактор.

    Хотя есть чудесные пассажи, конечно: «В конце июня управляющий московской конторой Шереметевых докладывал о нарастающих трудностях в покупке еды. Минеральная вода «Ессентуки» исчезла, как и шоколад, голландский сыр продавали по фунту на человека, а любимое французское вино графа Сергея достать уже было невозможно».

    Как тут не посочувствовать?)

Citati

    Galina Volynetsje citiralaпре 3 године
    Выживание требовало добровольной амнезии.
    Люба Феськоваje citiralaпре 3 године
    Вот как Солженицын описывает ее последний приезд:
    И однажды Осоргин назначен к расстрелу. И в этот самый день сошла на соловецкую пристань его молодая (он и сам моложе сорока) жена! (Георгию было тридцать шесть, Лине — двадцать девять. — Д. С.) И Осоргин просит тюремщиков: не омрачать жене свидания. Он обещает, что не даст ей задержаться долее трех дней, и как только она уедет — пусть его расстреляют. И вот что значит это самообладание, которое за анафемой аристократии забыли мы, скулящие от каждой мелкой беды и каждой мелкой боли: три дня непрерывно с женой — и не дать ей догадаться! Ни в одной фразе не намекнуть! не дать тону упасть! не дать омрачиться глазам! Лишь один раз (жена жива и вспоминает теперь), когда гуляли вдоль Святого озера, она обернулась и увидела, как муж взялся за голову с мукой. — «Что с тобой?» — «Ничего», — прояснился он тут же. Она могла еще остаться — он упросил ее уехать. Когда пароход отходил от пристани — он уже раздевался к расстрелу.
    b1845874840je citiraoпре 22 дана
    шеремет» некогда означало человека, наделенного храбростью льва.)

Na policama za knjige

fb2epub
Prevucite i otpustite datoteke (ne više od 5 odjednom)